Карманов о суде с «Милкавитой»: Дело не в молоке, а в свободе слова

Суд Московского района Минска начал рассмотрение иска ОАО «Милкавита» к журналисту Associated Press Юрию Карманову.

«Милкавита» считает, что статья журналиста «нанесла ущерб деловой репутации компании» и требует опровергнуть сведения не только на сайте ap.org, но и на ряде других сайтов. В статье речь идет о фермере, который организовал ферму у знаков «Стоп! Радиация» и сдает молоко заводу «Милкавита» в Хойниках.

Тест показал, что количество стронция превышает норму в 10 раз. Юрий Карманов рассказал БАЖ о сути конфликта.

- Дело не в молоке, а в болезненной реакции государства на масштабное журналистское расследование. Дело в свободе слова.

В своем расследовании мы показали суть того, что делается в зоне. В самой зоне, в Полесском радиологическом заповеднике, за колючей проволокой, существует государственная хозяйство, которое разводит лошадей. На момент подготовки материала у них было более 250 лошадей. И 100 лошадей они продали в Минск, в фирму, которая рекламирует кумыс.

Около радиологического заповедника мы нашли молочную ферму, где коровы пасутся в километре от знаков «Стоп! Радиация». И потом это молоко идет на завод «Милкавиты» в Хойниках. Тест показал превышение стронция в 10 раз!

Также мы показали, как разрушаются отселенные радиоактивные деревни и эти земли вспахиваются и активно вводятся в сельхозоборот.

И, наконец, мы показали, что в Беларуси вообще не проводится проверка на трансурановые элементы. Проверяют на цезий и стронций. Но, по официальной статистике, 2% территории Беларуси загрязнены трансурановыми элементами. Все специалисты говорят об опасности америция. Но у нас нет даже тестов, чтобы определить содержание америция в продуктах.

Вот в этом суть нашего журналистского расследования. И что мы видим?

После выхода статьи Государственный департамент по делам Чернобыля не заинтересовали ни радиоактивные лошади в зоне, ни америций, ни частная ферма, которая располагается возле знаков «Стоп! Радыцыя». Департамент проводит свои тесты, которые показывают, что молоко в порядке. И на государственный департамент ссылается в своем иске «Милкавита». Это и есть реакция государства. И дело не в молоке, а в свободе слова.

- А почему государство так остро реагирует на это расследование?

- Мы видим, что на тему Чернобыля в Беларуси наложено табу. Во-первых, молоко стало для государства «белой нефтью», которая экспортируется в Россию. Завод «Милкавиты» в Хойниках 90% своей продукции поставляет в Россию, в Москву. И государству важно показать, что белорусское молоко безопасное.

Во-вторых, любые попытки исследования чернобыльской зоны натыкаются на болезненную реакцию государства. Государство закрыло тему Чернобыля. «Радиации не видно и никто с двумя головами у нас не рождается», - говорили нам представители хозяйств и жители зоны.

Вместе с тем, уровень заболеваемости раком щитовидной железы у детей, cогласно официальной статистике, в 33 раза выше, чем до взрыва на ЧАЭС.

Еда становится основным источником попадания радиации в организм человека. И это проблема касается каждого жителя Беларуси. Эта тема представляет общественно-значимый интерес. И про эту тему должны говорить журналисты. Никто не может пойти в магазин и приобрести немного безопасной еды. И как раз дело государства нас защищать.

- Чем мотивирует свои претензии «Милкавита»?

- Юристы не совсем понимают суть судебной повестки. В своем материале мы ссылаемся на официального представителя «Милкавиты» Майю Федончук, которая опровергает информацию о 10-кратном превышении уровня стронция. Она говорит, что молоко соответствует санитарным требованиям. Мы цитируем и слова, и цифры «Милкавиты».

Расследование проведено по всем канонам этого журналистского жанра. И оно не может влиять на деловую репутацию «Милкавиты». Поэтому мы будем подавать ходатайство об уточнении сути претензий.