Дмитрий Растаев: Новому президенту перво-наперво придется навести порядок в милиции

Ведомство Шуневича отличается потрясающей безнаказанностью.

Вообразите себе картину. Завелся во дворе мальчишка, который обижает детей, лупит их почем зря, отбирает у них игрушки.

Родители детей, конечно, возмущены, идут к его мамке и требуют наказать обидчика. Но вместо того, чтобы надрать хулигану уши и заставить его извиниться перед детьми, мамка извиняется за него сама. А хулигана даже не журит.

Как вы думаете, что после этого сделает хулиган? Все верно: пойдет во двор и продолжит навешивать тумаки.

Примерно так же выглядят извинения Натальи Качановой за действия подопечных Игоря Шуневича . Притом, что сам министр внутренних дел и в ус не дует: «Я оцениваю действия своих подчиненных в этой части как абсолютно обоснованные».

За что же тогда извиняется глава администрации Лукашенко? Когнитивный диссонанс.

Было бы логичным отправить такого министра в отставку – раз уж за него приходится извиняться лицам из президентского окружения. Но нет, похоже, и в этот раз все будет спущено на тормозах.

Наша милиция вообще отличается потрясающей безнаказанностью. Милицейские начальники годами сидят в своих креслах, сколько бы претензий не имело к ним общество. Дела против милиционеров возбуждают, когда не возбудить уже нельзя. Да и связаны они, как правило, с деньгами – взятки, мошенничество и т.д.

Когда же милиционеры избивают ни в чем не повинных граждан, за это стражам закона редко, что бывает. Даже если случаи эти становятся достоянием широкой общественности. Что такое деньги, наша власть понимает, а люди для нее – расходные щепки.

В крайнем разе, когда шила совсем уж не утаишь, провинившимся клеят «превышение служебных полномочий». Что меня всегда удивляло. Если издевательства над людьми – это «превышение полномочий», то что ж это за «полномочия» такие? Бить по почкам не более трех раз? Стоять берцем на голове не дольше десяти минут? Ставить максимум один фингал, а два – это уже превышение?

Ладно, в жизни бывает всякое. Иногда и правда приходится действовать жестко – если, скажем, перед тобой бандюга с ножом или пистолетом. Но все равно я не понимаю: когда этот бандюга уже обезврежен и взят в наручники, зачем его бить, лежачего-то?

И уже тем более, зачем бить людей, которые не только не оказывают сопротивления, но даже неясно, виновны ли они в чем-то? Как это было в той же Чапаевке. Или вспомнить случай с минским врачом, к которому спецназ вломился «по ошибке» и надавал бедняге по голове.

Битье и милиция стали у нас едва ли не синонимами. Бьют оппозиционеров и инвалидов, футбольных фанатов и журналистов. Бьют прямо на глазах у людей. Бьют даже родителей на глазах у детей. Бьют даже тех, кто просит у них помощи.

И жаловаться бесполезно – у проверяющих один ответ: «Милиция действовала по закону». Причем, люди, избитые теми, кто «действовал по закону», иногда еще и крайними оказываются.

Так почему же Шуневич годами остается на своем посту и все ему нипочем?

В цивилизованной стране любой из таких скандалов потянул бы за собой череду отставок. Как минимум. А если бы что-то подобное вскоре повторилось, это и вовсе поставило бы крест на политической карьере главы государства.

У нас же годами тянется беспредел, церберы в форме продолжают измываться над народом – и всем как с гуся вода. Что самим церберам, что их министру, что руководителю страны. Не потому ли, что в цивилизованных странах власть зависит от волеизъявлении народа, а в нашей – от его болеизбиения? Чем больше людей лупцуешь, тем меньше у них желания задавать неудобные вопросы после «элегантных» выборов.

Так что Шуневич, по меркам нашей «стабильности», очень ценный и своевременный кадр.

В Беларуси скоро стартует очередная предвыборная кампания. Так вот даю бесплатный совет ее участникам. Избирателю надо говорить не об экономических реформах (мало кто понимает, что это такое), не о миллионе рабочих мест (в эту сказу не верят даже белорусы) – нет, обещайте, став президентом, перво-наперво навести порядок в милиции.

Сделать так, чтобы люди не выходили оттуда с отбитыми почками. Чтобы не боялись просить у милиции помощи, «бо только хуже будет». Чтобы милицейские начальники отвечали по полной за все, что творят их распоясавшиеся кромешники.

Дмитрий Растаев, «Солидарность»