Шкловский Отелло

Без него страна вздохнула бы с облегчением и начала жить по-человечески.

Всякий раз, когда наш златоуст-историк заводит рулады о гадах, «желающих подорвать нас изнутри» – а заводит он их нередко – я испытываю прилив фейспалма.

Страхи и комплексы советской эпохи, тупо экстраполированные на сегодняшние реалии, ничего другого вызвать не могут.

Даже в СССР эти страхи были наполовину высосаны из пальца и раздуты до размеров слона (даром, что «родина слонов»). Но там хотя бы были для этого основания, Запад сам раздавал их щедрой рукой – крестовый поход против империи зла, во всеуслышание объявленный Рональдом Рейганом, советская власть никак не могла пропустить мимо ушей.

Но при этом СССР развалился отнюдь не из-за «козней» Запада. Бездарность кремлевских вождей, заскорузлость административно-командной системы, ее неспособность адекватно отвечать на вызовы времени, ущербность плановой экономики, косность официозного дискурса, национально-исторические конфликты, вшитые в саму плоть империи – вот главные причины распада «великого и могучего». Запад лишь подтолкнул этот ком, нависший над пропастью – но он и без Запада туда бы ухнул.

СССР рухнул потому, что не смог преодолеть самое себя, а не потому, что в нем были Сахаров, Солженицын и «Голос Америки» по ночам. Обвинять в распаде гигантской империи горстку диссидентов могут лишь очень недалекие люди.

Так же как, впрочем, и упрекать кого-то, что он де желает «подорвать изнутри» Беларусь. Блин, да кому мы нужны со своими жатками и обос…нными коровами!

В XX веке у Запада хотя бы был повод желать скорейшего краха советской империи. Империи, которая намеревалась весь мир обратить в тотальный ГУЛАГ. Возможно, сегодня Запад тоже хотел бы видеть перед собой не звероподобную Россию, оттяпывающую земли у соседей и сбивающую пассажирские самолеты, а несколько мелких, но миролюбивых держав.

Но нас-то зачем кому-то «подрывать»?

Чтобы это понять, надо знать особенности мышления нашего «историка»: как и любой диктатор со стажем, он давно поставил знак равенства между собой и страной, поэтому любую критику в свой адрес воспринимает как посягательство на страну. Хотя без него страна как раз таки вздохнула бы с облегчением и начала жить по-человечески.

Но нет, как ревнивый Отелло, не представляющий жизнь Дездемоны без себя любимого, он вновь и вновь обрушивается на тех, кого достала унылая трясина его несменяемости. «Их даже трудно гражданами назвать!». Ну, спасибо, что хоть не удавка на шею.

Дмитрий Растаев, «Солидарность»