В Минске военный пенсионер напомнил милиционеру о нормах нравственности

Он возмутился ложью пресс-офицера об алкоголе у Романа Бондаренко и за это запенил ей дверь.

Своими действиями обвиняемый хотел привлечь внимание милиционера, что нужно иметь нормы нравственности. Его возмутило, что в словах пресс-офицера не было сочувствия семье погибшего и была ложь, якобы Роман Бондаренко был пьян. Еще одно дело из-за гибели на площади Перемен, передает «Белсат».

В суде Фрунзенского района Минска 9 февраля началось рассмотрение уголовного дела в отношении минчанина, который запенил дверь в квартиру сотрудницы милиции, передает «Весна». Гражданина Российской Федерации Игоря Конопайко обвиняют по двум статьям Уголовного кодекса: статья 339 (Хулиганство) и статья 369 (Оскорбление представителя власти в связи с исполнением им служебных обязанностей).

Игорь Конопайко имеет вид на жительство в Беларуси, военный пенсионер. Потерпевшая по делу – пресс-офицер Центрального РУВД Минска Татьяна Обозная.

Из материалов следствия известно, что днем 13 ноября 2020 года 55-летний мужчина зашел в подъезд одного из домов во Фрунзенском районе Минска и залил монтажной пеной входную дверь квартиры сотрудника органов внутренних дел. Также он запенил замок двери и почтовый ящик.

На почтовом ящике он написал «Мент-убийца».

Конопайко был задержан 27 ноября и заключен под стражу.

Обозная говорит, что соседи перестали с ней здороваться, заходить вместе в лифт.

Татьяна Обозная заявила гражданский иск о возмещении морального вреда в размере 10 тысяч рублей, а также иск о возмещении материального ущерба – 425 рублей (125 – замена замка, 300 – оценка повреждений коробки).

Обвиняемый с иском не согласен. Говорит, непонятно откуда такие суммы.

«А вы поставьте себя на мое место, если вам так запенят дверь».

«А вы себя на место Романа Бондаренко поставьте», – прозвучала реплика из зала.

Игоря Конопайко рассказал, что прочитал статью с комментариями Обозной о смерти Романа Бондаренко, что у него в крови был обнаружен алкоголь. Его возмутила эта грубая ложь, был на эмоциях.

Своими действиями хотел привлечь внимание Обозной, что нужно иметь нормы нравственности. В её словах не было соболезнования семье погибшего. Это была ложь, Роман не был пьян.

Написал на ящике, чтобы сообщить Обозной, что врать нехорошо, даже преступно.

Приговора пока нет.