Крах планов Лукашенко

Страны Балтии разорвали электрокольцо.

Эстония, Латвия и Литва отключили свои электросистемы от энергокольца БРЭЛЛ и присоединились к системе континентальной Европы. В связи с этим прежние «бумажные» планы Беларуси по экспорту электричества в страны Балтии окончательно сожжены не только не политическим, но теперь уже и по техническим причинам. Минск, между тем, продолжает в форсированном режиме разрабатывать технико-экономическое обоснование строительства второй беларусской АЭС или, как минимум третьего энергоблока на станции в Островце. Кому и чего ради это нужно?

Электрическое кольцо Беларуси, Московии, Эстонии, Латвии и Литвы (ЭК БРЭЛЛ) — синхронный режим работы энергетических систем этих стран на единой частоте тока 50 Гц, сложившийся в соответствии с соглашением от 7 февраля 2001 года. Все три страны Балтии при этом остаются энергодефицитным регионом. Беларусское руководство при проектировании и строительстве БелАЭС изначально планировало устранить этот дефицит с выгодой для себя — продажей избытков электронергии за рубеж. По той же причине назывались сравнительно небольшие сроки погашения московитского кредита на строительство этой дорогостоящей игрушки. Но проект изначально, причем весьма сурово и однозначно, не был принят соседями Беларуси.

Минск предсказуемо с большим раздражением отреагировал на выход трех стран из общей энергосистемы. Беларусские госСМИ предрекают странам Балтии после выхода из БРЭЛЛ едва ли не энергетическую катастрофу: после выхода «у Литвы действительно теперь есть все шансы при малейшей аварии вернуться в условия конца XIX века и жить в полной гармонии с природой». Эти мрачные прогнозы раздаются на фоне того, что Беларусская АЭС не вырабатывала электроэнергию более полутора месяцев. Первый блок находится на плановом ремонте, а второй отключен от сети из-за поломки. Непосредственно накануне президентских выборов один энергоблок в экстренном порядке был запущен.

В контексте всех этих происшествий и событий Минск все более напористо продвигает идею строительства в Беларуси второй атомной станции или третьего энергоблока первой.

Александр Лукашенко возвращается к этой теме регулярно. В январе 2022 года он заявил, что «готовит сознание» беларусов к возможности возведения второй АЭС. В августе 2023 года он усилил свою мысль: «У меня такая шальная мысль — и вторую атомную электростанцию построить на востоке». В январе текущего года Лукашенко вновь поделился своей «шальной мыслью» и пообещал, что обсудит этот вопрос с Владимиром Путиным, вероятно, полагая, что в контексте начала формирования единого рынка электроэнергии (соответствующий договор был подписан 6 декабря 2024 г.) такой разговор будет вполне уместным.

«Атомная эра для нашей страны вряд ли остановится только на Беларусской АЭС», — заявил недавно видный представитель Минэнерго и констатировал, что работа по технико-экономическому обоснованию строительства близка к завершению. Доклад правительству и главе гопсударства по вопросу строительства второй АЭС либо еще одного блока на площадке Беларусской АЭС должен быть представлен в текущем году. Тот же ленинский энтузиазм, с которым проводилась газификация страны, правительство готово проявить и на новом этапе электрификации.

Инициатива новая АЭС пока еще недостаточно «причесана», но Лукашенко уже знает, откуда можно взять деньги на строительство. Он предложил использовать остатки кредита, который Москва дала на БелАЭС: было потрачено USD 5,36 млрд московитского кредита из предполагаемых USD 10 млрд. За оставшиеся средства, рассчитал Лукашенко, можно построить еще два энергоблока. В действительности итоговая стоимость БелАЭС оценивается в почти USD 7 млрд — без учета затрат на строительство автомобильной и железной дорог до станции.

«Атомная эра», начавшаяся в Беларуси с запуском БелАЭС, не стала эпохой дешевого электричества (как предполагалось и обещалось ранее). Такой вывод может сделать всякий обыватель, наблюдая за ростом тарифов на электричество. В связи с этим (в частности) специалисты скептично оценивают перспективы нового мегапроекта, некоторые считают его очередной экономической авантюрой.

По оценкам экспертов, с экономической точки зрения первая атомная станция будет убыточной на протяжении первых 15 лет — до момента погашения кредита. Со второй АЭС ситуация будет еще сложнее. В конечном итоге пользу она принесет главным образом подрядчикам — тем, кто будет ее строить или отвечать за закупку оборудования. Вполне очевидно также — и об этом беларусские чиновники не забывают напоминать — что инвестиции, вложенные в строительство, позитивно отразятся на показателях экономического роста. В перспективе также будет создано некоторое количество рабочих мест (обслуживание станции). На этом выгоды и бонусы заканчиваются.

В случае поставок электроэнергии только на внутренний рынок эксплуатировать новую АЭС в принципе будет невозможно — даже с учетом планов по росту энергопотребления в течении 5-10 ближайших лет. Электричество, в отличие, например, от дров, нефти или сжиженного газа, нельзя хранить и накапливать в промышленным масштабах: все, что сгенерировано, должно быть использовано. Кроме того, утверждают специалисты, беларусская энергосистема получит два дополнительных энергоблока, «которые практически не управляются, а достичь баланса в энергосистеме будет очень трудно и дорого». Это может привести к крупным веерным отключениям и тяжелым авариям.

«Росатом» готов построить в Беларуси столько станций, сколько потребуется. В московитском правительстве, напротив, без энтузиазма воспринимает «шальную мысль» Лукашенко. Московитская сторона в лице замминистра энергетики РФ Павла Сниккарса «сдержанно и с осторожностью» относится к инициативе строительства второй АЭС в Беларуси: «Мы должны понимать, кто будет потреблять эту энергию. Задачи просто что-то построить, чтобы оно стояло, нет». Нет никакой экономической целесообразности в покупке беларусской электроэнергии.

В Госдуме же идею появления нового игрока на национальном рынке электроэнергии воспринимают вполне себе нормально, обуславливая это тем, что до 2027 года будет создан полноценный рынок объединенный электроэнергии в рамках «союзного гопсударства».

Александр Лукашенко, в свою очередь, вероятно, рассчитывает добиться от Путина политического решения покупать электроэнергию из Беларуси в убыток для московитской энергосистемы. Почему бы нет? Разве мы не строим единый энергорынок? На словах беларусский лидер готов в перспективе всех пересадить на электромобили, устранив таким образом все потенциальные дисбалансы энергосистемы, но на деле не способен выбраться из «колеи» экспортной ориентации.

Станислав Головатый, «Наше мнение»