После 9 мая ситуация для Путина резко изменится

Ось мировой политики сейчас проходит через поиск ответа на важный вопрос.

Лавров. Рубио. Давление большое, хороших новостей недостаточно, объяснима бурная реакция сограждан на любой позитивный сигнал. Особенно – от Трампа. Который завтра может написать противоположное.

Надо делать какие-то зарубки, чтоб совсем не укачало. Потому что надежда – вещь обоюдоострая. Она спасает, но может лишить иммунитета.

Как по мне, ось мировой политики сейчас проходит через поиск ответа на вопрос: наш гегемонушка – он так видит мир или он недееспособен?

Если он немного экстравагантен в своих целях и практиках их достижения – это дело житейское. С этим можно работать. А вот если он чудит, ставит цели, тужится, но не может их достичь – это совсем другое.

К подозрениям в недееспособности подстрекают заявления, что США готовы выйти из процесса достижения мира. Ибо на столе остались две опции: подтолкнуть Путина к разумным договоренностям либо выходить из переговоров. Т.к., Украина достаточно трезво и конструктивно обозначила пределы политических компромиссов.

Без военных результатов (которых у Путина нет) объяснить ухудшение позиций Украины нельзя, это будет явная несправедливость и потворство агрессору. Чтобы оперативно помочь Путину в достижении соответствующих военных результатов, США должны как минимум согласиться с массовыми убийствами украинских детей в тылу (чего Трамп не хочет) и ввести против Украины эмбарго. Т.е., не просто остановить свое, а заблокировать поставки всего военного и всех грузов двойного назначения (чего требует Путин для «прекращения огня»).

Существует ряд конспирологических теорий, поясняющих, зачем Путин нужен Трампу (торпедирование глобалистов в НАТО и ЕС, Гренландия, клинч с Китаем, личная нажива и т.д.), почему Трамп избегает давно назревшего «мира через силу», к которому надо понудить Москву.

Однако все эти теории не могут игнорировать факт: подозрение гегемона в недееспособности обнуляет все глобальные замыслы.

Когда возникают сомнения, мгновенно запускается процесс миллиарда внешних порезов и внутренних кровотечений. Технически невозможно спроецировать силу везде. Невозможно пальцами передавить всех болезнетворных микробов. Нужен иной подход, требующий не только материальных ресурсов, но и ВРЕМЕНИ. Это труд поколений.

Путин уже явно показал, что совсем не против выставить Трампа недееспособным. Пока без прямого конфликта, но вектор этот.

Вашингтон дает поводы для шпилек, попадая в нелепые ситуации. Местами это превращается в какой-то водевиль.

При этом в руках эксцентричного дедушки остаются сотни военных баз по миру, крупнейшая космическая группировка, эпический морской и воздушный флот, а также множество других полезных девайсов (в экономике, технологиях, политике и др.).

И внутри, и за пределами США подвешен вопрос – если дедушка решит, он-таки сможет применить эту махину? Махина его послушает? Может он кого-то обратить пусть не в ядерный, но хоть в какой-то пепел?

Опасность положения в том, что образуется воронка, втягивающая любой негатив с интерпретацией «это потому, что США не справились». Взорвался порт в Иране – потому что Израиль справился, а США – нет. Схлестнулись Индия с Пакистаном – потому что Вашингтон никто в грош не ставит. Хотя это может быть вообще никак не связано. Написал Трамп Путину, «Владимир, СТОП!», а тот продолжает убивать гражданских, как ни в чем не бывало. И т.д.

Моя гипотеза в том, что до 9 мая сохраняется возможность как минимум краткосрочной деэскалации, полного или частичного (секторального) прекращения огня. У Трампа есть необходимость и пока есть силы это обеспечить. Путину требуется спокойствие на 9 мая, и нет барьеров проявить гибкость (ракеты все равно копить три недели, в Курске «победа»). Т.е., возможно нечто, обставленное как явный дипломатический прогресс.

А вот после 9 мая для Путина ситуация изменится аж до сентября (второй этап празднования – на Востоке). Он может терпеть. Риски эскалации взлетают.

Если в это окно возможностей не успеют, дальше Америке не только в Украине будет сложнее…

Алексей Копытько, «Телеграм»