ВСУ начинают отвоевывать позиции

Военный эксперт раскрыл подробности.

Действия московитской оккупационной армии на севере Харьковщины, попытка атаковать украинские позиции в районе Волчанска, в большей мере связаны не с намерением прорваться на этом направлении, а с попыткой отодвинуть от линии фронта и защитить свои собственные арсеналы, склады и штабы, расположенные вблизи Шебекино на Белгородщине, куда постоянно «прилетает». Одновременно на Запорожском направлении враг имеет определенный успех в районе Каменского – там он сосредоточил достаточно большую группировку.

Тем не менее, минувшая неделя показала определенную позитивную тенденцию. Силы обороны проводят контрнаступательные операции, отбрасывая врага, в том числе на Сумщине. Но главный упор, как и раньше, делается на выхолащивание ресурсов оккупационной армии. ВСУ ежедневно «пускают кровь» московитской военном машине, чтобы сделать ее неспособной эффективно воевать.

Такое мнение в эксклюзивном интервью OBOZ.UA высказал военный эксперт Владислав Селезнев.

– Могли бы вы прокомментировать информацию, которой поделился руководитель Центра изучения оккупации Петр Андрющенко – о том, что московитская оккупационная армия перебрасывает живую силу из оккупированной части Запорожья в направлении Таганрога или Ростова-на-Дону, 20 грузовиков. По предположениям Андрющенко, эти силы могут быть переброшены на Сумщину. Считаете ли вы, что это действительно так, и насколько это серьезная переброска?

– Прежде всего, при всем уважении к господину Андрющенко, он делает предположение, а не однозначно утверждает, что именно с этой целью перемещается такое количество сил и средств. Я понимаю, что 20 грузовиков – это приблизительно до роты личного состава с соответствующим имуществом, материально-техническими средствами. Рота – это 100-120 человек. То есть это не так много. Такое количество личного состава кардинально ситуацию на поле боя не изменит.

Опять же, я все-таки акцентирую ваше внимание на том, что Андрющенко делает предположение, но не утверждает, что именно так это и происходит. Что касается рационального решения, имеет ли смысл перебрасывать с юга Запорожской области ресурсы на Сумское направление? Думаю, что смысла в этом нет.

Почему? Огромное плечо перемещения сил и средств фактически сводит на нет эффективность и оперативность перемещения таких сил и средств. В принципе, противник имеет возможность часть своих стратегических резервов перебрасывать с направления на Волчанск, на Липцы, с Купянского направления, если у него есть необходимость усилить свое давление именно на Сумском направлении. Но тенденции минувших трех недель, как по мне, абсолютно очевидны.

Несмотря на увеличение количества личного состава московитской армии, действующего на Сумском направлении, территориальных приобретений за три недели у противника нет. То есть он фактически уперся в наши инженерные фортификации, созданные на Сумском направлении, и далее продвигаться в глубину наших рубежей и позиций не имеет возможности. Инженерно-технические сооружения, окопы, блиндажи, противопехотные, противотанковые, минные поля, малозаметные инженерные препятствия свое дело делают. И, конечно же, наши воины, которые всякий раз отбивают вражеские атаки.

Скажу больше, минувшая неделя уже демонстрирует определенную тенденцию. Мы уже проводим контрнаступательные мероприятия, и кое-где на Сумском направлении отбрасываем противника на исходные рубежи и позиции.

То есть, в принципе, противник может и далее перекидывать силы и средства, но, если мы говорим об оперативности этих мероприятий, то ему намного выгоднее эти ресурсы перебрасывать с ближайших участков фронта. Не думаю, что вопрос находится в рациональной плоскости, когда мы говорим о перебрасывании московитских сил и средств с Запорожского направления. Тем более, что противник сейчас на этом направлении пытается серьезно активизировать свои усилия.

Кое-где он имеет успех, Лобковое оккупировано. Противник ведет бои в северной части Каменского. Причем, я был уверен, что мы эти рубежи и позиции будем держать бесконечное количество времени. Там и водные препятствия, и достаточно серьезные инженерные фортификации. Но, тем не менее, противник смог сконцентрировать достаточное количество сил и средств, чтобы эффективно атаковать этот участок фронта.

Поэтому я не думаю, что именно в контексте перемещения вражеских сил и средств с Запорожского направления на Сумщину эта опция работает именно таким образом. Как версия – да, но вряд ли это имеет что-то общее с реалиями на поле боя.

– Могли бы вы оценить ситуацию на Харьковщине? В частности, в контексте Волчанска. В 57-й отдельной мотопехотной бригаде сообщили, что враг практически сравнял город с землей. Как вы оцениваете перспективы врага именно на этом направлении? Считаете ли вы, например, что два отдельных плацдарма на Харьковщине могут быть соединены? Как могут развиваться события?

– Я очень хорошо знаю этот район, в Шебекинском районе живут мои родственники. Шебекино и Волчанск – оба этих населенных пункта находятся примерно в 6-7 километрах от линии гопсударственной границы. Соответственно, плечо подвоза для московитов, чтобы атаковать наши рубежи на Волчанском направлении, весьма коротко.

В свою очередь, мы постоянно работаем, используем наши подразделения по территории Шебекино. Базы, арсеналы, склады, места сосредоточения личного состава, командный пункт, пункт управления связи на территории Шебекино для нас являются законными целями. И туда постоянно прилетает. Я подписан на один из ведущих мониторинговых ресурсов Московитской Федерации, наблюдаю, о каких сигналах воздушной тревоги там сообщают. Абсолютное большинство этих тревог происходит на территории Белгородской области, в том числе на территории Шебекинского района.

Противник, пытаясь активно воздействовать на наших защитников Волчанска, пытается отодвинуть наши силы средств от госграницы. Таким образом, пытаясь обезопасить Шебекино и его окрестности от влияния наших реактивных снарядов, наших дронов и иных систем огневого поражения. Но есть ли шанс у противника на успех?

В мае минувшего года, 10 мая, противник решил перейти в масштабное наступление. 40-тысячная группировка московитских войск действовала на севере Харьковской области. Эффективность этой атаки – 3-5, до 6 километров на отдельных участках фронта. Потом нам удалось частично наши территории вернуть в рамках контрнаступательных мероприятий.

Я думаю, что и в этот раз все потуги противника будут иметь подобный финальный результат. Московиты вряд ли смогут добиться сколько-нибудь значимого успеха даже на тактическом уровне на этом участке фронта. Линия инженерных фортификаций, прозрачность поля боя позволяет мне достаточно однозначно утверждать, что противника попытки атаковать в этом направлении будут, но все они будут безуспешными.

– Вы уже сказали, что Силы обороны проводят контрнаступательные мероприятия. Действительно, в последнее время звучат позитивные новости. В частности, последняя новость о том, что силы обороны продвинулись в направлении Боровой на Харьковщине. Считаете ли вы, что эти контрнаступательные мероприятия могут усилиться, масштабироваться? Если да, благодаря чему?

– Благодаря тому, что украинская армия постоянно выхолащивает наступательный потенциал московитской армии. Причем тут речь идет не только про непосредственно поле боя. То есть та самая килл-зона 10-20 километров, где мы работаем по всем силам и средствам противника, который выдвигается на исходные рубежи, чтобы атаковать нас.

Это еще и дипстрайт, то есть наша работа по тыловым районам Московитской Федерации, в том числе по объектам московитской оборонки, которые строят дроны и создают определенную элементную базу к этим дронам, по местам производства взрывчатки к московитским дронам, ракетам и артиллерийским снарядам. То есть мы постепенно, пусть не так быстро, не с теми темпами, как нам бы хотелось, но выдавливаем, выхолащиваем московитский наступательный потенциал.

И в принципе такая логика очевидна. Постепенно пуская кровь московитской военном машине, мы превращаем ее фактически в некое импотентное создание, которое может иметь очень большие и даже амбициозные планы, но вряд ли эти планы сможет осуществить по причине своей немощи. И дабы достичь такого состояния московитской армии, состояния немощи, здесь и сейчас действует украинская армия.