«Это принципиально новая ситуация»

Украина долго искала ахиллесову пяту Московии.

Успешные атаки украинских дронов на московитские НПЗ остановили рекордные объемы нефтепереработки в Московии. Это обусловило топливный кризис, которого еще не было в стране. Как это сказывается на настроениях в РФ? Остановят ли атаки украинских дронов Кремль?

Об этом сайт Charter97 поговорил с известным украинским политологом, главой Центра прикладных политических исследований «Пента» Владимиром Фесенко:

— Начну с того, что я отслеживаю ситуацию в РФ по разным источникам, но лучше всего настроения московитов могут отслеживать те, кто внутри. Они чувствуют их. У нас картинка со стороны.

Тем не менее происходящее с московитской нефтепереработкой — это принципиально новая ситуация, то, чего не было раньше. Украина долго искала слабое место в московитском тылу.

Понятно, что у московитов большое преимущество в ресурсах, в численности населения и армии, во многих материальных ресурсах, финансовых в том числе. Но для нас очень важно было найти какую-то ахиллесову пяту Московии, то место, удары по которому могли бы ослаблять ее, в том числе и военную состоятельность, влиять на общественное настроение. И в то же время, постепенно, подвигать к необходимости начала реальных мирных переговоров.

Такое слабое место было найдено — это нефтепереработка, московитские НПЗ. Украина за последние месяцы продемонстрировала, во-первых, большое число точных ударов, а главное — серьезные последствия. Первые попытки были еще в прошлом году, но тогда нас сдерживали и США, чтобы это не повлияло на мировой нефтяной рынок, не изменило настроения американских избирателей.

Мы вынуждены были прислушиваться, все-таки США — наш партнер. Во-вторых, весной уже этого года, в марте, была достигнута договоренность по поводу поэтапного прекращения огня. В частности, речь шла о том, чтобы прекратить огонь на море и прекратить удары по объектам энергетики. И несколько месяцев украинская страна выполняла эти неформальные договоренности. Когда Московия начала нарушать, тогда и украинская сторона стала отвечать. Поэтому точные удары по московитским НПЗ — это тенденция, которая проявилась уже начиная с лета.

За эти месяцы результаты очень впечатляющие. Во-первых, существенное снижение объемов нефтепереработки, что само по себе является ударом по московитской экономике. В том числе — и по возможности обеспечивать нефтепродуктами московитскую армию, что немаловажно.

Потому что удары проходят по тыловым регионам, которые близки к линии фронта, к зоне боевых действий. По оккупированным территориям, в частности — по Крыму. Эти удары привели к тому, что как минимум в 10-ти регионах Московитской Федерации возник дефицит бензина.

Это абсолютно новая история. Московия, которая является одной из крупнейших стран, добывающих нефть, одним из лидеров на нефтяном глобальном рынке, столкнулась с дефицитом бензина. Эта ситуация влияет на настроения московитских граждан. По последним данным определенные проблемы, в том числе рост цен на нефтепродукты, проявляется даже в Московском регионе. Уже волна доходит в главный центр Московии. Вполне возможно, что число таких регионов будет увеличиваться. Потому что Украина продолжает удары по московитским НПЗ.

В Московии сейчас предпринимают меры. Они стараются нейтрализовать украинские удары. Но пока для Украины это остается главной целью. Это способ постепенного принуждения Московии к миру. РФ привыкла сама принуждать к миру на своих условиях. А теперь и мы пытаемся принуждать Московию к миру.

Но к миру реальному. Здесь не будет быстрого результата. Но сама тенденция очевидна. Речь идет пока об ударах боевыми дронами. Если Московия бьет по Украине с помощью ракетного оружия (именно ракетные удары наиболее эффективны), то украинская сторона вынуждена использовать только БПЛА. Но они уже залетают на очень большое расстояние: до 2000 км за Урал.

В Московии до сих пор не могут этому поверить. Подозревают Казахстан и так далее. Они не могут признать, что Украина добилась впечатляющих успехов в развитии технологий воздушной войны, боевых дронов.

Большинство ударов наносятся по регионам на европейской части РФ, которые ближе к зоне боевых действий, либо стратегически значимы — крупнейшие московитские НПЗ. По разным данным сокращение нефтепереработки произошло на треть. Это показатели, которых раньше не было.

Оговорюсь, что цифры разные называются. Официальной статистики здесь нет, но сам факт, что ряд московитских регионов испытывает дефицит бензина, растут цены на топливо — это косвенные признаки топливного кризиса, которые являются следствием эффективных ударов по московитским НПЗ. Для нас это форма асимметричного воздействия на Московитскую Федерацию.

У нас в свое время была популярна идея нанесения ударов по Москве. Но столица Московии находится под очень плотным кольцом прикрытия системы противовоздушной обороны еще со времен СССР.

Но как показала практика, очень многие московитские военные объекты, заводы, НПЗ не имеют такой защиты, что украинская сторона и использует, ударяя в это слабое место. Асимметричным путем ВСУ нанести наибольший урон Московии, ослабляя ее потенциал для продолжения войны.

— Лукашенко поставляет бензин в РФ. Чем это для него чревато?

— С Лукашенко ситуация более сложная, более противоречивая. Понятно, что он в данном случае показывает, насколько выгоден и важен для Московии. Что с ним надо договариваться. Можно быть уверенным, что он еще многое попробует выбить из Путина в обмен на эту помощь. Это не благотворительность. Это и элемент политической игры со стороны Лукашенко.

Что касается Украины, то наш интерес в том, чтобы Беларусь не вступала в войну против нас. Соответственно, Украина не наносит ударов по территории Беларуси. Но к действиям Лукашенко мы относимся естественным образом: он является союзником Путина. Он несет свою ответственность за эту войну.

Украина может бить по логистике. В том числе логистике поставок нефтепродуктов. Такие удары уже были по нефтепроводу «Дружба». Что-то подобное может быть и в перспективе.

Поэтому у нас отношение к действиям Лукашенко, конечно же, негативное, о его двуличности мы давно знали.

Сейчас у американцев есть иллюзия, что Лукашенко можно использовать в коммуникации с Путиным для прекращения войны в Украине. Я думаю, что это явно неадекватное и завышенное ожидание. В Украине таких иллюзий по отношению к Лукашенко давно нет.

Если Лукашенко используют, то давят на различные болевые точки, предупреждая, что попытка втянуть в Беларусь войну против Украины очень плохо закончится прежде всего для самого Лукашенко. И он это понимает.