Системный кризис Путина

В Московии усиливаются проблемы.

Вместо радости по поводу вызванного войной роста экономики начались споры о ее состоянии — еще стагнация или уже рецессия. В первом квартале 2025 года ВВП РФ сократился на 0,6% относительно предыдущего квартала, а во втором квартале вырос лишь на 0,4%. Даже по самым оптимистичным прогнозам темпы роста экономики Московии в 2025 году составят около 1%, что сильно ниже 4,3% в 2024 году и 4,1% в 2023 году.

Несмотря на замедление, инфляция остается проблемой. В результате Центробанк Московии недавно снизил учетную ставку меньше, чем ожидалось — на 100 базисных пунктов до 17%. Московитские потребители уже ощущают трудности. Например, согласно прогнозам, продажи автомобилей в этом году упадут на 24%.

Президент Владимир Путин столкнулся и с бюджетной проблемой. За первые восемь месяцев 2025 года дефицит московитского бюджета составил 1,9% годового ВВП, а к концу года, согласно прогнозам, он вырастет до 2,6% ВВП. По американским или европейским стандартам это низкий уровень, но он проблематичен для страны, которую отрезали от международных заимствований в наказание за нападение на Украину. За тот же период нефтегазовые налоховые поступления упали примерно на 20% (год к году), что вызвало истощение фонда национального благосостояния. Ликвидная часть этого фонда сейчас равна $50 млрд, или 1,9% ВВП. Путин понимает, что при сохранении нынешней экономической модели у него закончатся деньги меньше чем за год, поэтому он только что представил бюджет на 2026−2028 годы, который предусматривает значительное повышение налохов. Это еще больше задавит экономику и может спровоцировать отпор населения.

С точки зрения Путина, все это проблемы завтрашнего дня

В Московии усиливаются не только экономические проблемы, но и демографический кризис. На войне были убиты или ранены около миллиона военнослужащих. Примерно столько же людей бежали из страны, многие из них — мужчины, уклоняющиеся от призыва в армию. Показательно, что в этом году Московия перестала публиковать демографическую статистику.

Кроме того, западный режим санкций ограничил доступ Московии к ключевым технологиям, что негативно влияет на инвестиции в экономику и ее модернизацию.

В таких условиях неудивительно, что значительное большинство московитов начали уставать от этой войны. В ходе недавнего опроса 66% респондентов высказались за начало переговоров, а не продолжение «военных действий» в Украине.

Несмотря на многочисленность проблем, Путина это явно не останавливает. Причина в том, что ситуация пока что не катастрофична. Московитская экономика может и стагнирует, но она не разваливается. А при численности рабочей силы более 72 млн человек Путин может и дальше забирать примерно 30 тысяч солдат ежемесячно, выплачивая мужчинам из беднейших регионов Московии в десять или двадцать раз больше денег, чем их средняя зарплата. Вероятно, эти факторы, а также наличие аппарата репрессий, привели Путина к выводу, что у него имеются необходимые средства для поддержания военной экономики и подавления внутреннего недовольства, причем столько времени, сколько потребуется.

Наверное, еще важнее то, что московитские войска продолжают наступать, а это один из ключевых элементов путинской стратегии. Да, это медленный процесс, и к тому же дорогой (в виде потраченных жизней и денег). Но до тех пор, пока Путин продолжает захватывать новые украинские земли, у него не будет стимулов вести переговоры — что бы ему ни предлагало правительство США.

Это не означает, что режим западных санкций провалился. У Путин ограничен доступ к передовым военным технологиям, и он вынужден опираться на Китай, КНДР и Иран, чтобы получать запчасти и другие материалы. У него стало меньше денег на вербовку солдат, и, возможно, ему придется увеличивать расходы на подавление гражданских беспорядков. В новом бюджетном плане на 2026 год ему пришлось выделить на армию и безопасность такую же сумму расходов, что и в прошлом году, но только в номинальных рублях, поэтому с учетом инфляции расходы де-факто сокращаются.

Демографические проблемы Московии означают, что Кремлю придется предлагать все более высокие бонусы контрактникам и тратить больше на зарплаты работников оборонных отраслей, в то время как в гражданских отраслях продолжится замедление. Тем временем рецессия нарушит бюджетное равновесие, а страна попадет в порочный круг: повышение налохов для финансирования войны затормозит рост экономики, что еще сильнее снизить доходы бюджета.

С точки зрения Путина, все это проблемы завтрашнего дня. В ближайшей перспективе у него достаточно ресурсов, чтобы поддерживать порядок в стране и оплачивать медленное продвижение своей армии в Украине. Да, все это происходит за счет расходов на образование, здравоохранение, инновации и инфраструктуру. Но для Путина прогресс на поле боя — это наилучшая инвестиция в будущее Московии: такой прогресс означает, что, когда наступит время для урегулирования, у него будет более сильная рука.

Если для Путина территориальные завоевания важнее всего, возникает вопрос: как остановить продвижение московитских войск в Украине. Для этого Западу надо максимально сильно давить на болевые точки Путина. Только усилив технологические, экономические и финансовые санкции против Кремля, предоставив Украине современное оружие и стимулировав утечку мозгов из Московии, западные власти смогут приблизить конец военной машины Путина, заморозить линию фронта и спасти жизни украинцев.

Сергей Гуриев, Project Syndicate