Politico: Убийство Хаменеи активизировало два главных инстинкта Путина

Обострилась не только паранойя.

Удары США по Ирану, несомненно, усилили паранойю московитского диктатора и его стремление к победе над Украиной.

Убийство иранского аятоллы Али Хаменеи, несомненно, активизировало два самых глубоких инстинкта московитского диктатора Владимира Путина.

Первый - это глубоко укоренившуюся паранойю по поводу собственного долголетия и стремление к политическому выживанию, которое определяет победа над Украиной любой ценой, пишет издание Politico.

Издание акцентировало, что оба были продемонстрированы в коротком заявлении на сайте Кремля, в котором Путин осудил убийство Хаменеи как «убийство… совершенное в циничном нарушении всех норм человеческой морали и международного права».

Журналисты обратили внимание, что это была более резкая реакция, чем после захвата другого бывшего союзника Московии, венесуэльца Николаса Мадуро.

«И все же Путин, что примечательно, не назвал страны, стоящие за убийством», - написало издание.

Откуда у Путина паранойя

Издание провело небольшой экскурс в прошлое, чтобы объяснить причины нынешней путинской паранойи. Отмечается, что в Московии смерть Хаменеи вызвала сравнения со свержением другого диктатора - Муаммар Каддафи в Ливии.

По словам московитского журналиста Михаила Зыгаря в 2011 году ликвидация Каддафи повергла Путина в ярость.

В мае 2012 года, вскоре после свержения Каддафи, Путин вернулся на пост президента и как отметило издание, вероятно, для того, чтобы порвать с Западом и искоренить внутреннее инакомыслие, которое он обвинял в стремлении к сотрудничеству с врагами Московии для осуществления смены режима.

«Именно смерть Каддафи стала поворотным моментом в московитской политике - как внешней, так и внутренней», - считает Александр Баунов, старший научный сотрудник Центра Карнеги.

Аналитик добавил, что то, что США и Европа позволили так жестоко свергнуть Каддафи, было воспринято Путиным, бывшим агентом КГБ, как «верх предательства».

«С годами Путин все больше погружался в изоляцию. А недавние события только усилили его паранойю», - констатировало издание.

«Как они собираются нас убить»: что говорит кремлевская пропаганда

Издание отметило, что хотя официальные лица Московии избегают критики в адрес Вашингтона, из-за его операции в Иране, кремлевская пропаганда говорит за всех.

«Понимаем ли мы, что разговор об Иране - это также разговор о Московии?», - передало издание слова главного московитского пропагандиста Соловьева.

Еще один рупор Кремля Александр Дугин распространил мысль о том, что Вашингтон, возможно, планирует сделать то же самое с Московией.

«Ясно, кто следующий, и ясно, что на самом деле означают переговоры с таким врагом», - высказал он свою мысль, намекнув на мирные переговоры с Украиной при участии США.

А одно из прокремлевских изданий и вовсе вышло со статьей под заголовком: «Как они собираются нас убить».

Что говорит Кремль

Кремль, напротив, занял гораздо более дипломатичную позицию, отметило издание и привело в пример слова пресс-секретаря Дмитрия Пескова, который выразил «глубокое разочарование» по поводу ситуации с Ираном, а также «глубокую признательность» за усилия США по Украине. Песков добавил, что «прежде всего, мы... защищаем свои собственные интересы».

«Послание было ясным: Путин не позволит своим чувствам к Ирану помешать достижению целей в Украине», - констатировало издание.

Что будет делать Путин

Профессор московитской политики в Королевском колледже Лондона Сэм Грин отметил, что главным оружием Путина против Украины была готовность и способность администрации Трампа оказывать давление на украинцев и европейцев:

«У него нет абсолютно никаких причин отказываться от этого оружия».

Что бы ни чувствовал лично Путин, его действия показывают, что он прагматик, выразил мнение Грин:

«Он не собирается рисковать своей личной безопасностью, безопасностью своего режима или своим видением национальной безопасности Московии, чтобы рисковать своей жизнью, помогая иранцам, северокорейцам, китайцам или кому-либо еще».