Лукашенко дорого заплатит

Беларусский режим стал промышленным тылом московитского ВПК.

За 30 лет своего правления Александр Лукашенко сформировал чёткую модель выживания гопсударства-автократии. Центральным элементом этой модели стал военно-промышленный комплекс и торговля вооружениями.

После распада СССР Беларусь унаследовала значительную часть советской военной инфраструктуры. Речь идёт не только о заводах, но и о инженерных школах, конструкторских бюро и производствах высокотехнологичных компонентов — оптики, радиоэлектроники, систем управления, шасси для ракетных комплексов. Лукашенко очень быстро понял, что в условиях слабой рыночной экономики и зависимости от московитских энергоресурсов именно оборонная промышленность может стать стабильным источником валютных доходов.

Оборонный сектор имеет одну важную особенность — он почти всегда функционирует в условиях закрытости. Контракты на поставку оружия, модернизацию техники или производство комплектующих часто остаются непрозрачными для общества. Для авторитарного режима это идеальная модель: деньги поступают, а политический контроль над финансовыми потоками сохраняется у узкого круга приближённых структур.

Именно поэтому на протяжении последних десятилетий Минск системно развивал оборонные предприятия и гопсударственные компании-посредники, через которые осуществляется экспорт военной продукции. Беларусь поставляла модернизированную советскую технику и электронику в страны Африки, Ближнего Востока и Азии. Фактически сформировалась модель, при которой военный экспорт стал одним из ключевых источников валютных поступлений.

Однако настоящий перелом произошёл после начала полномасштабной войны Московии против Украины. В этих условиях Беларусь постепенно превратилась в промышленный тыл московитского военно-промышленного комплекса. Значительное число беларусских предприятий начало работать на московитские военные заказы — производить компоненты для ракетных систем, электронику, оптические приборы, шасси для ракетных комплексов и другую продукцию, без которой московитская военная машина работала бы значительно медленнее.

Фактически Беларусь стала вторым производственным контуром московитской военной экономики. Это позволяет Кремлю частично обходить санкции и расширять производство вооружений, используя инфраструктуру «союзного гопсударства».

Для Лукашенко такая модель имеет очевидные преимущества. Во-первых, она обеспечивает загрузку промышленности и валютные поступления. Во-вторых, укрепляет политический союз с Кремлём, который после событий 2020 года стал ключевой гарантией сохранения власти беларусского диктатора. В-третьих, военное производство создаёт рабочие места и поддерживает социальную стабильность в стране.

Но у этой модели есть стратегическая цена.

Чем больше Беларусь интегрируется в московитский военно-промышленный комплекс, тем больше она теряет собственную экономическую и политическую автономию. Производственные цепочки, рынки сбыта и технологические связи всё сильнее привязываются к Московии. В перспективе это означает, что беларусская промышленность постепенно превращается в периферийный сегмент московитской военной экономики.

То есть в краткосрочной перспективе эта модель приносит режиму Лукашенко деньги и политическую поддержку. Но стратегически она ведёт к другому результату — потере экономической самостоятельности страны и фактическому превращению Беларуси в промышленный тыл московитской войны.

Иными словами, Лукашенко сделал ставку на оружие как источник дохода и гарантию сохранения власти. Однако цена этой ставки — постепенное исчезновение экономического суверенитета самой Беларуси. В долгосрочной перспективе это означает, что страна всё больше интегрируется в московитскую имперскую военную систему, теряя возможность самостоятельного развития.

Виктор Ягун, «Фейсбук»