Мадяр нашел слабое место РФ

Как дроны истощают вражескую армию.

Командующий Силами беспилотных систем ВСУ Роберт Бровди (Мадяр) внедряет новую стратегию войны, направленную на максимальное истощение московитской армии за счет массового применения дронов.

Его ключевая цель – уничтожать живую силу противника быстрее, чем Московия успевает восполнять свои потери. Об этом говорится в материале The Economist (перевод - «Униан»), журналист которого пообщался с командующим СБС.

В статье говорится, что с тех пор, как Мадяр летом 2025 года возглавил Силы беспилотных систем, потери московитской армии существенно возросли. А декабрь стал переломным месяцем: впервые потери врага от украинских дронов превысили темпы набора новых военных. При этом Московия имеет минимальные территориальные завоевания. Даже на самом успешном направлении – возле Константиновки на Донбассе – ей удалось захватить лишь 23% территории от той, что была запланирована на зимнюю кампанию.

По оценкам самого Бровди, беспилотные силы уже обеспечивают более трети потерь московитской армии, хотя составляют лишь около 2% от общей численности ВСУ. Он рассказал, что в пиковые периоды потери врага достигали почти 400 человек в сутки.

- Если в батальоне не остается пехоты, московиты не расформировывают его, а отправляют на фронт штабных офицеров. Они – самые легкие цели, потому что не умеют воевать, – говорит Мадяр.

- Нам нужно продолжать доить эту корову, московитскую армию, по максимуму, истощая ее за пределы возможностей.

Бизнес-подход на войне

Мадяр – этнический венгр, в мирной жизни бизнесмен – зернотрейдер. Издание отметило, что бизнес-подход он использует и на войне. В частности, именно благодаря этому он смог развить украинские возможности в области использования дронов.

Впервые он проявил себя еще в 2022 году на Херсонском направлении, говорится в статье. Тогда украинцы уступали московитам в огневой мощи и не знали, откуда стреляет враг. Бровди, еще неопытный военный, вспомнил о дроне, который купил сыну во время командировки в Азию, и заказал подобные на фронт. Эти дроны, пишет автор, были примитивными, но достаточными, чтобы обнаруживать замаскированные московитские танки.

Также благодаря приложению для социальных сетей Discord он начал передавать московитские координаты артиллерии. Таким образом Бровди создал первую в Украине цепочку уничтожения – «цепь поражения» – с помощью дронов.

Кроме того, среди заслуг Мадяра – создание концепции «линии дронов» – зоны разведки и поражения, которая частично компенсирует нехватку пехоты. Отмечается, что в бункерах, где журналист общался с командующим СБС, видно, как каждый удар дрона или операция радиоэлектронной борьбы фиксируются на видео, проверяются и попадают в систему аналитики, адаптированную Бровди из бизнеса.

- Принципы те же. Я попросил своих ребят заменить тип зерна, тоннаж и номера грузовиков на оружие, боеприпасы и снаряжение, – рассказал он.

СБС «обменивают» 400 московитских жизней на одну украинскую

Непосредственное уничтожение врага происходит ближе к фронту – группы работают в 3–5 км от линии боевых действий, под контролем командиров в штабе. По словам Бровди, подразделение имеет экосистему из 15 взаимосвязанных функций – от глушения сигналов до разведки, минирования и производства взрывчатки.

«Когда к нам приезжают американцы, они спрашивают: «Какой дрон самый лучший?» Я отвечаю: лучший дрон – это экосистема», – говорит Бровди.

Он выступает за то, чтобы дроны всегда были в наличии, а не поступали с задержками, и подчеркивает необходимость дублирования техники для снижения рисков. Командующий СБС также утверждает, что в его подразделении уровень потерь составляет всего 1%. По его словам, сейчас беспилотные силы «обменивают» 400 московитских жизней на одну украинскую, а стоимость одного такого поражения составляет около 878 долларов:

«Мы должны обменивать пластик и металл на мертвых московитов. Это лучший обменный курс».

Видео поражения московитских солдат, которые Бровди публикует в соцсетях под шуточную музыку, сделали его противоречивой фигурой. Некоторые говорят, что это нарушает законы войны. Сам же командир отвергает критику.

- Я вообще не испытываю никаких моральных угрызений. Никаких. Человек с винтовкой в руке идет по моей земле, чтобы убить меня. Или я убью его, или он меня. Миллионы украинцев, включая мою мать, черпают силу из того, что мы делаем, – пояснил он.