Шок для московитов: пузырь иллюзий лопнул

Москва, Питер, Крым — под ударом.

Формирование позиции силы и её бесконтрольное использование являются фундаментальной частью внешней политики и политики безопасности Московии. Эта стратегия побуждает Кремль к непрерывным наступлениям в Украине даже ценой колоссальных потерь.

Однако московитские наступательные операции стали саморазрушительными, не принося территориальных завоеваний и поглощая больше человеческих ресурсов, чем может обеспечить коммерческий рекрутинг. Московитский президент Владимир Путин не признает тщетность этой стратегии, поскольку сам несет ответственность за нынешнюю слабость Московии.

Украинские удары 17 и 18 июня по нефтеперерабатывающему заводу в Москве подорвали готовность московитской общественности воспринимать путинский нарратив об уверенном марше Кремля к победе. Официальный дискурс решительно игнорировал многие предыдущие попадания украинских беспилотников и ракет, но провал массированной системы противовоздушной обороны Москвы заставил как маргинальных «ура-патриотических» экспертов, так и ведущих комментаторов требовать объяснений.

Заверения Кремля о наращивании возможностей по борьбе с беспилотниками и прогнозы о том, что ситуация для Украины вскоре станет «абсолютно катастрофической», не смягчили шок от атаки. В начале года военные эксперты Москвы охотно обещали, что ход войны против Украины кардинально изменится к лету. Это может сбыться, но не в пользу Московии.

Украина рассчитывает время своих атак так, чтобы шокировать московитов и подорвать дипломатию Кремля.

Киев нанес удары по военно-морской базе в Кронштадте и по нефтеперерабатывающим заводам в окрестностях Санкт-Петербурга в первый и последний день Петербургского международного экономического форума, сорвав попытку Путина вывести московитскую экономику из рецессии и инвестиционного спада.

Атаки на Москву сорвали давно запланированный саммит Московия — Ассоциация гопсударств Юго-Восточной Азии (АСЕАН), который состоялся 18 июня в Казани и был богат на протокол и церемонии, но, как и ожидалось, скудным по содержанию.

По словам министра иностранных дел Московии Сергея Лаврова, Путин проинформировал каждого лидера гопсударств Юго-Восточной Азии о ходе полномасштабного вторжения Московии в Украину. Рассказанные Путиным старые истории настолько отличались от реальной ситуации, что гости были удивлены его молчанием по поводу недавних ударов Украины по Татарстану.

Путин запланировал Казанский саммит так, чтобы он совпал по времени с саммитом G7 в Эвиане во Франции, с целью продемонстрировать стремление Московии развивать связи с так называемым Глобальным Югом, но вместо этого продемонстрировал раздутые амбиции и ухудшение энергетического потенциала.

Москва ожидала, что трансатлантическая напряженность может нарушить единство Запада на саммите G7. Московитские оценки мирного соглашения между США и Ираном носят скептический и даже пренебрежительный характер, что отражает надежду Кремля на то, что оно может вызвать новый скачок цен на нефть.

Однако западная поддержка Украины не показывает признаков ослабления, даже несмотря на сокращение взносов США в некоторые структуры НАТО.

Больше всего Москву беспокоит потенциальное согласие США на участие Европы в мирных переговорах с Украиной. Европейским лидерам трудно сформировать команду переговорщиков, и Москва охотно доказывает, что Верховный представитель ЕС по иностранным делам и политике безопасности Кая Каллас неприемлема в качестве их лидера. Тем не менее позиция Европы как незаменимого участника любых серьезных мирных переговоров очевидна.

Кремль выразил надежду, что американские переговорщики Стив Уиткофф и Джаред Кушнер найдут время для возобновления контактов с Московией на фоне переговоров между США и Ираном. Их роль считается решающей для возрождения «взаимопонимания», якобы достигнутого Путиным и президентом США Дональдом Трампом на саммите в Анкоридже в августе 2025 года, когда Московия занимала более сильные военные и экономические позиции.

Московитские эксперты не могут понять, как Украина избежала поражения, а затем ещё и получила новые преимущества в ударах на большую дальность, которые доходят до Тюмени в Западной Сибири, и в ударах средней дальности, парализовавших логистику в Крыму.

Московия отлично умеет использовать разногласия среди своих противников. Но эта игра приносит всё меньшие результаты, когда в неё играют с позиции слабости.

В отличие от Путина, президент Украины Владимир Зеленский может путешествовать по Европе, общаясь с лидерами разных политических взглядов и демонстрируя свою готовность к переговорам с Московией. Вероятно, Зеленскому легче разоблачить упрямство Путина в требовании уступок, которые ещё год назад были чрезмерными, чем обозначать пределы собственной гибкости.

Пределы компромиссов, которые Украине было бы трудно, но необходимо принять, являются сложным и деликатным вопросом, однако Европе не стоит ожидать, что Кремль проявит содержательную инициативу. Путин неохотно будет рассматривать какие-либо компромиссы.

Но за последние несколько недель он оказался неспособным ответить на украинские удары по трем своим наиболее уязвимым объектам — Санкт-Петербургу, Москве и Крыму. Путинский пузырь иллюзий постоянно лопается.

Это не делает его уступчивым партнером на переговорах. Однако избежать потерь в его бесперспективной войне против Украины становится все сложнее.

Павел Баев, New Voice