Сим победиши

Это очень похоже на историю «малой металлургии» в Китае.

Величайший геостратег всех времен и народов решил решить проблему нехватки бензина в Московии строительством малых НПЗ по всей стране. Всячески поддерживаю и одобряю — именно так и надо сделать. Это очень похоже на историю «малой металлургии» в Китае во время «Большого скачка».

Мао Цзэдун в 1958—1962 годах захотел одним рывком превратить аграрный Китай в индустриальную социалистическую державу через массовую мобилизацию и народные коммуны. Символом мощи считалась сталь, и Мао поставил задачу за 15 лет догнать и перегнать Британию по выплавке стали.

По всей стране принялись строить маленькие примитивные плавильные печи. Их возвели сотни тысяч. Чтобы было что плавить, в ход пускали любой металл: кастрюли, сковороды, котлы, сельский инвентарь, дверные ручки. А чтобы было чем топить, жгли все подряд — мебель, двери, вырубали на уголь целые склоны, оголяя леса.

В «малой металлургии» работали десятки миллионов человек. Но кампанию пришлось свернуть. Во-первых, металл получился очень дорогим — его себестоимость была в несколько раз дороже, чем при промышленном производстве. Во-вторых, людей оторвали от земли в самый ответственный момент: крестьяне строили печи, круглосуточно поддерживали в них огонь и собирали топливо — в то время, как нужно было убирать урожай. В-третьих, уничтожили нужные орудия и утварь. В-четвертых, свели огромное количество леса. В-пятых, местные начальники, боясь не выполнить план и стремясь угодить компартии, слали наверх фантастические цифры о выработке и стали, и зерна. И в-шестых, качество полученной стали было настолько низким, что на выходе получали в основном хрупкий, загрязненный примесями чугун, из которого ничего нельзя было сделать.

«Малая металлургия» вместе с другими коммунистическими глупостями стала частью большой катастрофы. Большой скачок вызвал Великий китайский голод — один из самых смертоносных в истории, оценки числа погибших сильно расходятся: от пятнадцати до сорока с лишним миллионов человек.

Теперь о том, что произойдет при массовом строительстве небольших НПЗ по всей Московии. Да практически все то же самое. На самом деле мини-НПЗ не решают бензиновую проблему. Маленький завод способен в основном на первичную перегонку нефти, а она дает прямогонные фракции — прямогонный бензин (нафту) с низким октановым числом, мазут и дизельные фракции.

А высокооктановый товарный бензин (АИ-92, АИ-95) так просто не получить: для него нужны сложные вторичные установки — каталитический риформинг, крекинг, изомеризация, алкилирование, гидроочистка от серы. А это как раз самое дорогое, технологически трудное и подсанкционное звено (импортные катализаторы и лицензии), которое невозможно дешево и быстро размножить «повсюду». Сеть мини-НПЗ умножает легкую часть процесса (перегонку), не закрывая тяжелую — именно ту, из-за которой и возник дефицит бензина.

Московитские «самоварные» мини-НПЗ смогут производить только некачественный бензин и двигатели автомобилей начнут массово выходить из строя: детонация, нагар, сера, губящая катализаторы и датчики, плохое сгорание.

У маленьких НПЗ во много раз выше удельные издержки и ниже выход светлых нефтепродуктов. Строить множество мелких заводов — значит тратить капитал, металл, квалифицированный труд и саму нефть, получая на выходе меньше и хуже. Разумеется, гораздо выше будут экологические и техногенные риски. Прикрыть от атак с воздуха малые НПЗ — утопия.

Значит, надо всячески поддерживать величайшего геостратега всех времен и народов. Московитские чиновники должны включиться в соревнование — кто больше установит малых НПЗ в своей области. И самое главное — слать наверх побольше липовых отчетов: произвели миллион тонн 95 бензина, враги в бессильной ярости скрежещут зубами и пытаются опорочить гениальную идею.

А потом можно перейти и к другим важнейшим задачам: мобилизации школьников на уборку урожая, строительству малых ядерных реакторов, чтобы решить проблему отопления зимой и к постройке малых заводов, производящих баллистические ракеты в каждом жилом квартале. Сим победиши!

Дмитрий Чернышев, Telegram