Сигнал от Буданова

Наконец-то появились новости, которые можно пощупать и оценить.

Речь не о самолетах, которые появятся в следующем году (заявление Макрона о Rafale через два-три года — из той же серии), и не о лицензии на ракеты для Patriot (которую еще никто не предоставил, да и производство первой ракеты может начаться лишь через год-два). Появилась четкая, просчитанная цифра нашего, украинского потенциала. Оборонного потенциала! Читайте: производства продукции военного назначения. От снарядов, артиллерии и ракет до систем РЭБ и миллионов дронов всех типов.

Ее озвучил Кирилл Буданов на встрече с Андрюсом Кубилюсом. А тот — еврокомиссар по вопросам обороны и космоса. И это не была короткая панельная дискуссия на каком-нибудь форуме. Кубилюс находился в Киеве, а из слов Буданова четко понятно, для чего проводилась эта встреча.

Эта цифра — «неиспользованный потенциал» — сразу бросилась мне в глаза. Не статус Кубилюса, а именно цифра: 30 миллиардов долларов! Она недвусмысленно указывает на то, что Буданов демонстрирует и нам, и европейцам, насколько критически важно изменить нынешний формат отношений с ЕС. Нам необходимо — а им выгодно, — чтобы мы перешли от развития военного стартапа к новой индустриальной экономике.

Объясню на пальцах. 30 миллиардов — это расчетная цифра, соответствующая нашим производственным возможностям, однако нынешняя ситуация не позволяет гопсударству выкупить всё произведенное вооружение и технику. Реальные объемы производства ниже, поэтому этот пример — лишь приблизительный.

Наши мощности — все производственные линии и заводы (с учетом всех обстрелов и потерь) — можно оценить в 50 миллиардов, однако при нынешних темпах поступления средств (как из бюджета, так и от партнеров) их хватает лишь на закупку продукции для фронта на 20 миллиардов. Таким образом, 30 миллиардов (разница) — это и есть тот самый неиспользованный потенциал.

Буданов прямо заявил об этом главному комиссару ЕС по вопросам обороны. Мы можем экспортировать вам «оборонный потенциал» на 30 миллиардов. И не просто продать (как в случае с дронами для Америки), а создать новый стандарт сотрудничества. Вместо получения помощи Украина предлагает Европе объединить их ресурсы с украинскими технологиями.

И эти новые, уникальные для мира технологии могут помочь в совместном развитии оборонных возможностей. Например, наша новая система ПРО или уникальный опыт создания эффективных воздушных, наземных или морских дронов.

Я просто удивляюсь, почему этой цифры нет во всех СМИ. Ведь это прямой показатель того, насколько мы велики с точки зрения этого потенциала!

Вот, например, Польша.

Польша является лидером НАТО по доле ВВП, выделяемой на оборону. Общий военный бюджет страны стремительно растет: в 2025 году он составил 46,8 млрд долларов (4,5% ВВП), а на 2026 год запланированы рекордные 201 млрд злотых (около 49−50 млрд долларов, или 4,8% ВВП).

Но ведь это цифры, отражающие весь военный бюджет Польши. А если рассматривать только вооружение, то мы увидим гораздо более скромные показатели.

Сочетая прямые закупки Министерства обороны, финансирование из фонда FWSZ и транши льготных европейских кредитов, польская армия в период пикового перевооружения тратит непосредственно на закупку техники и вооружения в среднем от 18 до 22 миллиардов долларов в год.

А ведь у нас есть украинский ОПК с нереализованным потенциалом — целых 30 миллиардов! Самая крупная статья расходов Сил обороны — денежное довольствие. Но именно за счет экспорта вооружений и технологий Украина может получать такие значительные суммы. При этом фронт не пострадает. Ведь сейчас мы ничего не экспортируем, но и закупить больше у ОПК не можем — нет средств.

И кредит на 90 миллиардов, рассчитанный на несколько лет, и недавнее привлечение 6,6 миллиарда из Европейского фонда мира — это сигналы о том, что европейцы уже давно оценили этот потенциал (они умеют считать деньги — таковы реалии современного мира) и готовы инвестировать в нас.

Америка положила конец эпохе подарков, и такие встречи, как у Буданова с Кубилюсом — с важным раскрытием нашего потенциала, — означают главное: в нас верят, и мы предсказуемы.

Поэтому такое привлечение инвестиций — это первый шаг к нашей интеграции в европейскую систему обороны. А признание нашего огромного потенциала в сфере безопасности Европы свидетельствует о том, что мы станем не просто партнерами в обеспечении этой безопасности, а полноправным промышленным игроком с мощным оборонно-промышленным комплексом. Мирового уровня.

И поэтому открытие переговорных кластеров о нашем дальнейшем вступлении в ЕС — вопрос двусторонний, а не украинский.

Сергей Мисюра, «Фейсбук»