Александр Коваленко: С Драпатым московитам на фронте будет «весело»

В РФ запылают не только НПЗ и Wildberries.

Назначение Михаила Драпатого главнокомандующим ВСУ стало одним из самых резонансных кадровых изменений за время полномасштабной войны с Московией. Если в Украине от нового главнокомандующего ожидают более современного подхода к ведению боевых действий и расширения масштабов высокотехнологичной войны, то в московитском информационном пространстве его назначение вызвало настоящую истерику. Московитские пропагандисты и «зет-военкоры» открыто называют Драпатого серьезной угрозой для армии РФ и ожидают тяжелые времена.

Военно-политический обозреватель группы «Информационное сопротивление» Александр Коваленко в интервью «Главреду» рассказал, насколько обоснована истерика московитов по поводу назначения Драпатого главнокомандующим ВСУ, чем стиль командования Драпатого будет отличаться от стиля Сырского, что принципиально изменится для московитских оккупантов на фронте и в тылу, как расширится перечень целей для украинских беспилотников на территории Московии, а также какое окно возможностей есть у Украины до ноября.

– Если Сырского «зет-военкоры» называли «аналогом Герасимова», то о Драпатом они говорят как о катастрофе для себя. Какие черты Драпатого заставляют московитов сейчас паниковать? Почему его назначение вызвало такой «вой на болотах»?

– Наверное, по той же причине, по которой и Федоров был для московитов постоянным объектом дискредитации, критики и насмешек. Это связано с современным видением войны. Михаил Драпатый придерживается современного взгляда на ведение высокоадаптивной и высокодинамичной войны. У него совершенно иная концепция ведения войны в Украине.

Сырский тоже был профессиональным генералом. Он прекрасно знает свое дело, и во многом мы обязаны ему успехами контрнаступательных операций 2022 года. Но это более консервативный военнослужащий, то есть у него более консервативные взгляды на военную науку и военное дело. Изменения он принимает, но с большим трудом. Иногда, когда что-то внедрялось через Генштаб, главнокомандующему фактически приходилось ломать себя. Это был сложный путь.

Зато Михаил Драпатый более гибкий и открыт для современных тенденций. В вопросах военного дела он ориентируется на инновационные подходы. Его взаимодействие с Михаилом Федоровым никогда не было секретом: они хорошо взаимодействовали и прекрасно понимали друг друга, были на одной волне.

Именно это и беспокоит московитов. У них до сих пор преобладает довольно законсервированная система центрального военного управления, по сути, «совок», который они так и не смогли изменить. У них есть разве что отдельные подразделения и направления, где применяются современные тактические изобретения и инновации. Например, «Рубикон» – самое успешное подразделение беспилотных систем московитских оккупантов. Но есть важный нюанс: оно находится под патронатом ФСБ – не Герасимова, не генштаба, не Фрунзенской набережной, а именно Лубянки. Московитские «кирзачи», то есть военные, очень замкнуты, и развития там практически не происходит.

Зато в Украине уже сформировалось новое поколение военных командиров. Именно к нему относится Михаил Драпатый. И именно это вызывает у московитов наибольшее беспокойство, поскольку нового поколения среди «кирзачей» просто нет. У них есть просто молодые офицеры, представляющие старую консервативную систему, в которой никаких изменений не будет. Именно поэтому московиты так напуганы.

– Чем стиль командования Драпатого может принципиально отличаться от стиля Сырского? Московиты, например, утверждают, что Сырский был сторонником принципа «удерживать позиции любой ценой», тогда как Драпатый якобы готов отходить на более выгодные рубежи ради сохранения личного состава. Насколько это справедливое утверждение? И какие еще принципиальные различия вы видите?

– В целом за время полномасштабной войны в Украине мы неоднократно видели ситуации, когда Силы обороны Украины отходили на более выгодные позиции, избегая попадания в окружение. Последнее полноценное окружение произошло еще в начале широкомасштабного вторжения в 2022 году. Наиболее масштабным примером был Мариуполь. Но это был осознанный шаг, на который пошли, чтобы затормозить продвижение противника вглубь Украины и сковать его силы именно на этом направлении. Московия была вынуждена сосредоточить под Мариуполем огромное количество сил и средств. Это была вынужденная жертва и подвиг защитников Мариуполя.

За время войны были ситуации, когда наши подразделения можно было отвести гораздо раньше, в то же время были и случаи, когда затягивание этого решения позволяло еще больше истощить противника, замедлить его продвижение и сократить его ресурсы (и личный состав, и средства поражения) для дальнейших наступательных действий.

Поэтому, с одной стороны, могу согласиться с тем, что в стиле командования Александра Сырского действительно было стремление удерживать рубеж до последнего и только после этого принимать решение о выводе войск. Такие ситуации были. Но с другой – это не приводило к окружениям или другим критическим последствиям, правда, ситуации порой были довольно экстремальными.

Как будет действовать в этом вопросе Михаил Драпатый – посмотрим. Но нельзя отводить войска сразу, как только враг появился в окрестностях города, поселка или села. Городские бои так или иначе должны вестись. Вопрос в том, в каком формате они происходят. И при этом всегда учитывается ряд факторов: угроза окружения, превосходство противника в силах и средствах, стратегическая важность конкретного населенного пункта и т. д.

Приведу пример. В августе 2025 года отдельные депутаты Верховной Рады (не буду называть фамилий) с умным видом рассказывали, что гарнизон Мирнограда нужно немедленно выводить, потому что он вот-вот окажется в окружении. Что? О чем вообще речь? Какой вывод гарнизона из Мирнограда? В конце концов, Мирноград после этих заявлений еще полгода держал оборону и в окружение так и не попал. Более того, московиты до сих пор не могут полноценно продвинуться к северным окраинам Покровска и Мирнограда, и открытие Добропольского направления дается им с большим трудом.

Если бы тогда, в августе 2025 года, мы послушали какого-то «депутатика» и вывели войска из Мирнограда и Покровска, то сегодня, скорее всего, уже говорили бы не о боях под Константиновкой или Доброполье, а о боях вблизи Краматорска или боях за Дружковку.

Поэтому я думаю, что Михаил Драпатый очень хорошо понимает, когда необходимо беречь личный состав и отводить войска, а когда, наоборот, нужно удерживать позиции, чтобы не дать противнику получить преимущество на поле боя.

– Московитские пропагандисты, в частности, сетовали, что Драпатый «искренне ненавидит Московию» и «будет действовать асимметрично». Какие неприятные сюрпризы он действительно может готовить московитам? Каких неожиданных ходов они могут опасаться?

– Пусть ждут и пусть боятся. Их страхи не беспочвенны. Это не выдумки и не фантазии. Их страхи и панические настроения вполне обоснованы. Но о возможных «неприятных сюрпризах» я бы не сказал, даже если бы знал.

– Сырский заявил, что передает армию Драпатому в состоянии наступления. Как вы считаете, какую планку задает новому главнокомандующему такое заявление? И какие ключевые проблемы ему нужно будет решить в первую очередь, чтобы украинское контрнаступление действительно набрало силу?

– Пока о контрнаступлении говорить рано. Но сегодня у нас действительно есть окно возможностей, когда мы можем существенно улучшить свои позиции.

До начала в Московии всеобщей мобилизации, благодаря которой она получит большое количество людских ресурсов, мы можем провести ряд контратакующих действий. Речь идет именно о контратакующих действиях, а не о контрнаступательных. Такие действия могут существенно улучшить наши позиции и расширить зону контроля.

Где именно это произойдет и как – говорить не буду. В 2023 году мы слишком много об этом говорили, поэтому сейчас не комильфо высказываться о том, где именно Силы обороны Украины могут проявить себя.

Но могу сказать лишь одно: сегодня наиболее уязвимой для московитских оккупантов является их южная оперативная зона. Где, когда и как будут реализованы эти возможности, будет решаться на уровне нового главнокомандующего.

Времени на это не так много. Первые мобилизованные московиты могут появиться на фронте уже в ноябре. Полноценную базовую военную подготовку они не будут проходить. Самое большее – две недели их поучат стрелять из автомата. То есть фактически у нас есть неделя июля, август, сентябрь и октябрь. Вот на эти три месяца и одну неделю и нужно рассчитывать.

– Ваш комментарий в Telegram по поводу назначения Драпатого был чрезвычайно лаконичным, но очень метким и информативным. Не могли бы вы расшифровать, как именно этот «приговор» для московитских оккупационных войск может выглядеть на практике?

– Прежде всего речь пойдет о расширении масштабов работы наших Сил беспилотных систем на всех уровнях: это и «малое небо», и middle strike, и deep strike. Мы увидим гораздо более масштабную работу и операции на совершенно других направлениях.

Блокировка Азовского моря, удары по московитскому теневому танкерному флоту в Черном море – это лишь начало тех событий, которые ждут Московию.

Кроме того, будет расширяться перечень целей. Мы уже видели удары по НПЗ, они будут продолжаться, но в дальнейшем московитов ждут удары по газовой инфраструктуре, газораспределительным станциям и газовым терминалам. Также удары будут наноситься не только по Wildberries – пусть OZON тоже готовится. Военно-промышленный комплекс РФ, само собой, будет под нашим прицелом.

То есть мы увидим расширение масштабов использования высокотехнологичных средств воздействия на Московию – от тактического до стратегического уровня. По крайней мере, если говорить о дистанционном воздействии.

Непосредственно в зоне боевых действий акцент будет делаться на сочетании высоких технологий и возможностей их внедрения и интеграции в стандарты ведения войны. Особенно если учесть, что Московия готовится задействовать значительно больший человеческий ресурс, мы должны быть готовы нивелировать этот потенциал. Если противник мобилизует 100 тыс. человек в месяц, мы должны добиться того, чтобы уровень уничтожения московитской пехоты достиг 100 тыс. в месяц. Здесь все очень просто: победить в этой войне мы можем только одним способом – максимально уничтожая личный состав противника.

И стремление нанести оккупантам как можно большие потери личного состава, используя для этого разнообразные гаджеты, инновации и высокотехнологичные средства, – это как раз про Драпатого.

Сырский также строил свою методологию на максимальном истощении и уничтожении московитских войск. Но это была методология более консервативной военной школы. А у Драпатого – более современный подход и современная методология.

Именно поэтому московитским оккупантам в ближайшее время придется очень «весело» на фронте. Драпатому нужно лишь как можно быстрее разобраться со всеми проблемами, которые вместе с должностью легли на его плечи: бюрократическими, социально-политическими и юридическими. И мы увидим результат.

– Похоже, что после назначения Драпатого московитам будет «очень весело» на фронте, а в тылу будет гореть все, включая Москву.

– Да. Главное, чтобы этот процесс не останавливался.

– А есть риск, что он может остановиться?

– Такой риск был после отставки министра обороны Михаила Федорова, когда еще не было понятно, какими будут дальнейшие назначения. Существовал риск, что могут возникнуть проблемы с логистикой, поставками необходимой номенклатуры вооружения, боеприпасов и средств поражения противника. Такой сценарий был вполне возможен.

Но этого не произошло. Поэтому пока все хорошо.

– Этот риск исчез именно после назначения Драпатого?

– В значительной степени – да, именно после этого назначения.

Новый главнокомандующий хорошо понимает необходимость широкого использования высокотехнологичных средств для достижения военных целей. И если он и в дальнейшем будет придерживаться именно этого курса, то уже не столь важно, кто именно будет министром обороны. Если это будет Михаил Федоров – прекрасно. Если это будет Евгений Хмара – тоже хорошо. Хочу заметить, что Хмара – очень уважаемый человек. Многие из тех, кто вышел на протест с картонками, не поняли, кого именно назначили исполняющим обязанности министра обороны. А Хмара тоже поддерживает широкое использование высокотехнологичных средств. Поэтому любая синергия между Хмарой и Драпатым будет работать только на пользу Украины.

А польза для Украины сегодня – это уничтожение как можно большего количества военных объектов на территории Московитской Федерации и максимальное уничтожение московитских оккупантов непосредственно на поле боя.