Foreign Policy: Иран оказался перед лицом восстания

Как война изменила страну.

Завершившаяся 12-дневная война между Ираном, Израилем и США не сняла напряжения: в Тегеране предупреждают о возможном возобновлении боевых действий, пишет Foreign Policy (перевод — сайт Charter97).

Иран оказался перед лицом серьезных экономических, политических и стратегических вызовов. Центральный вопрос: укрепится ли режим за счет мобилизации национализма или ослабнет, столкнувшись с собственными уязвимостями?

Удары Израиля и США по ядерным объектам и ракетной программе Ирана продемонстрировали ограниченность военной мощи Исламской Республики. Хотя удары по структурам внутреннего контроля произошли ближе к концу конфликта, они стали предупреждением о возможных последствиях эскалации.

Экономическая ситуация ухудшилась: около 13 миллионов иранцев потеряли доходы из-за перебоев с интернетом и нестабильности. Оценки потерь включают $1,4 млрд недополученной нефтяной выручки и многомиллионные затраты на ракетные обстрелы. Страх перед волнениями заставляет власти балансировать между репрессиями и призывами к единству.

Идеологически в Иране наблюдается смещение акцентов: вместо панисламистской риторики все чаще звучат призывы к защите «национального достоинства». Высшие официальные лица, включая президента Пезешкиана и аятоллу Хаменеи, теперь апеллируют к национализму.

На фоне неопределенности и возможного кризиса власти обсуждается смена ядерной стратегии. Иран стоит перед выбором: продолжать «ядерное уклонение» в рамках ДНЯО или пойти на тайное создание ядерного сдерживания — ценой санкций и международной изоляции.

Одно ясно: Иран не может вернуться к прежнему статус-кво. Внутренние реформы и отказ от революционного догматизма могут стать единственным путем к сохранению режима.