Имперские амбиции Путина следует подавлять на всех направлениях

Урок Венесуэлы для ЕС и всего мира.

После распада Советского Союза влияние Москвы в Латинской Америке резко сократилось: нехватка ресурсов и переориентация внешней политики на Запад отодвинули регион на периферию московитских интересов. Однако в начале 2000-х годов произошел перелом. Кремль начал возвращаться в регион, выстраивая стратегию «взаимности» в сфере влияния США и делая ставку на правительства, открыто противостоящие Вашингтону. Венесуэла стала ключевым партнером этого курса, пишет Institute of Central Europe (перевод — сайт Charter97).

Сближение ускорилось после обращения президента Венесуэлы Уго Чавеса к Путину в 2000 году. Каракас, опираясь на нефтяные доходы и антиамериканскую риторику, предложил Москве редкую возможность закрепиться в непосредственной близости от США. Московитские компании вошли в нефтяной сектор, были запущены крупные инвестиционные проекты, а сотрудничество вышло за рамки энергетики, включая военные и инфраструктурные инициативы.

В геополитическом плане Венесуэла для Кремля была инструментом асимметричного давления на США. Поддержка Каракаса рассматривалась как символический ответ на политику Вашингтона в отношении Украины и постсоветского пространства.

Для Европы этот пример служит предупреждением. Московитская внешняя политика рассматривает регионы во взаимосвязи: действия Москвы в Восточной Европе дополняются активностью в Западном полушарии, Африке и на Ближнем Востоке. Игнорирование таких направлений, как Венесуэла, создает ложное ощущение изолированности угроз и подрывает долгосрочную устойчивость евроатлантической безопасности.