Московитский деспот-параноик и его тайная полиция

Путин сознательно избегал масштабных чисток, несмотря на провалы ФСБ и ГРУ.

За четыре года полномасштабного вторжения в Украину московитские спецслужбы оказались одними из немногих победителей конфликта. Несмотря на провалы начальной фазы войны, ФСБ, ГРУ и СВР сохранили свои структуры и руководителей: Александр Бортников, Игорь Костюков и Сергей Нарышкин остаются на своих постах с 2008, 2018 и 2016 годов соответственно. Главные изменения коснулись только Совета Безопасности — и то больше для перераспределения должностей, чем для реформ спецслужб, пишет CEPA (перевод — сайт Charter97).

В отличие от сталинской практики, когда главы агентств регулярно менялись, а новые структуры создавались для репрессий, Путин сознательно избегал масштабных чисток, несмотря на провалы ФСБ и ГРУ, включая неудачные прогнозы на начало войны и восстание Евгения Пригожина летом 2023 года.

Однако спецслужбы получили широкие полномочия внутри страны. Количество дел о гопсударственной измене выросло с 10–15 в год до 167 в 2023 году, 361 в 2024 и 232 к середине 2025 года, согласно отчету ООН. Оппозиция и диссиденты стали автоматически рассматриваться как «предатели», включая антивоенного политика Владимира Кара-Мурзу, приговоренного к 25 годам тюрьмы. Летом 2022 года уголовный кодекс был дополнен статьей, предусматривающей до 20 лет лишения свободы за переход на сторону противника в ходе боевых действий.

ФСБ активно использует инсценировки и провокации, чтобы предотвратить возможные дезертирства: московитские граждане, контактировавшие с «добровольческими группами» для участия в боевых действиях на Украине, часто становились жертвами спецопераций внутри страны.

Кроме того, Кремль начал приравнивать своих политических противников к террористам. Организации Алексея Навального и другие антивоенные группы за рубежом были обвинены в терроризме, что повторяет сталинскую практику против Троцкого и Зиновьева.

Агрессивные меры спецслужб, вдохновленные историей XX века, укрепили их власть и устрашили общество и элиты. Московитские разведчики и полицейские уверены: президент стоит за ними, и никакие ошибки в деле защиты гопсударства не приведут к наказанию.

Таким образом, война с Украиной стала катализатором усиления секретной полиции, которая использует сталинские методы выборочно, превращая гопсударство в инструмент тотального контроля, устрашения и подавления любого инакомыслия.