Победа Нолана

Это самый мощный старт за всю карьеру режиссера.

264 миллиона долларов собрала «Одиссея» Кристофера Нолана по всему миру за уикенд. Бюджет фильма (гигантский) – 250 миллионов.

Это самый мощный старт за всю карьеру режиссера.

Разумеется, пока об окупаемости речи нет, для этого нужно собрать втрое больше. Но мало кто усомнится в реалистичности такого прогноза.

Студия Universal и Нолан пошли на невероятный риск. Эдакий бюджет и три часа хронометража, возрастной рейтинг R, чрезвычайно мрачная интонация – местами «Одиссея» почти хоррор… и такой крышесносный успех.

Кто не рискует, тот не выигрывает. В искусстве это правило тоже работает.

Со мной бывает: так переживаю за понравившийся фильм и так радуюсь его успехам, что начинаю звучать как рекламный агент, в чем меня тут же начинают обвинять (видит бог, в рекламе «Одиссея» не нуждается).

Но здесь – особенный случай.

Что доказывает победа Нолана и «Одиссеи»?

Лишь одно: все эти неисчислимые сетевые воинства MAGA-активистов, профессиональных хейтеров, расистов, традиционалистов, блюстителей белой расы и священных традиций классики (которую 99% из них, в отличие от Нолана, даже не открывали) – ноль без палочки, статистически незначительная погрешность. Они умеют громко кричать и создавать иллюзию вездесущности, однако никакого большинства нигде не представляют.

Самый народный блокбастер года стал таковым вопреки их пророчествам и угрозам. У «Одиссеи» не только 95% одобрения критиков на агрегаторе Rotten Tomatoes (средняя оценка на основе 384 рецензий), но и 97% одобрения зрителей – самых обычных людей, покупающих билеты в кино.

Люди идут на Нолана не потому, что «хайп и раскрутка». Фильм им очень нравится.

Начитался и критики с другой стороны – от интеллектуалов, которые штудировали Гомера и много чего еще. Для многих из них фильм Нолана недостаточно, что ли, утончен, оригинален и глубок.

Никак не могу согласиться. По-моему, трактовка Нолана чрезвычайно актуальна и самобытна, причем касается это и кастинга, и сценария, и лексики, и костюмов с декорациями. Но об этом я подробно писал в «Медузе», повторяться незачем.

Блокбастер – специфическая художественная форма.

Невозможно установить на площади города статую из картона или фарфора – только из камня или металла.

Невозможно сложить стихотворение для заучивания наизусть миллионами, применяя гекзаметр (по меньшей мере, в XXI веке).

Невозможно создать визуальный образ, который будет узнаваться миллионами, прибегая к нефигуративной абстракции (за исключением «Черного квадрата» Малевича).

Невозможно написать шлягер, пользуясь микротональной техникой.

Для блокбастера «Одиссея» невероятно авангардна. Одни авлосы, лиры и бронзовые гонги в саундтреке чего стоят.

Антивоенный пафос в фильме о самой знаменитой войне в истории – Троянской – это круто. Превращение легендарного героя, по сути, в антигероя – еще круче.

Да, авторский кинематограф позволял себе подобную ревизию множество раз. Но на него никогда не будут ходить миллионы зрителей. В данном случае размер и масштаб имеют значение. Еще какое.

Фильм Нолана может вызывать любую реакцию, вплоть до резкого отторжения – это нормально для радикального искусства. Просто имейте в виду: нравится или нет вам эта «Одиссея», она уже стала явлением масскультуры. Для абсолютного большинства зрителей по всему миру бессмертный эпос Гомера родился заново именно в этой форме, которая надолго заслонит любые другие его воплощения. По меньшей мере, в кино.

Мэтт Дэймон стал Одиссеем, а Одиссей отныне имеет лицо Мэтта Дэймона. Это не оценка, это факт.

Антон Долин, Telegram